Нерентабельные малыши. Почему 1 июня мы защищаем детей от государства?

Забота как пиар

rodУмилительная картинка. На экране телевизора счастливые мама и папа, которым российские спецслужбы привезли из осажденного Славянска застрявшую там дочку (лицо нерезко). И рядом — Уполномоченный по правам ребенка Павел Астахов как «герой дня».

Как не порадоваться столь счастливому исходу? А мне подумалось: вот если бы наше государство так же защищало каждого попавшего в передрягу ребенка… И причем тут, собственно, г-н Астахов, превративший акцию по спасению девочки в собственный пиар? Он, что ли, совершил геройский поступок, рискуя получить пулю в спину?

Я уже как-то отмечала, что 1 июня — один из самых нелюбимых праздников нашей власти. Потому что в этот день президенту В.Путину и премьеру Д.Медведеву надо неимоверным усилием изображать безграничную любовь к самым маленьким гражданам страны. А это удается плохо. Играть в любовь к ним даже для показухи не получается. Ведь остальные 364 дня власть проводит, я бы сказала, антидетскую и антиматеринскую политику.

А господин Астахов, как показало время, призван лишь слегка ретушировать и облагораживать ее. Поскольку указаний госпожи Олбрайт и мадам Тэтчер о сокращении населения России до 50 млн. человек никто не оспорил. Столько, оказывается, по подсчетам мирового правительства, достаточно «для обслуживания трубы».

Грустные мысли насчет господина Астахова в Международный день защиты детей. Невеселые. И не хотела писать о нем вовсе, да никак не обойти.

В самом деле, скоро уже пять лет, как он на этой работе, и пора подвести некоторые итоги. Тем более, что сразу после его назначения очень многие СМИ выражали недоумение. Почему на колоссально нервную и конфликтную должность детского омбудсмена буквально в аварийном порядке был назначен адвокат и телешоумен, который никогда ранее не был замечен в правозащитной деятельности и защите детей? Пишу «в аварийном», потому что его предшественник — величайший профессионал своего дела Алексей Головань продержался на этом хлопотном посту всего… четыре месяца. Вот как успел насолить своей принципиальностью и преданностью делу!

Отнюдь не отрицаю пользы решений, законов и постановлений, которые в последнее время были приняты на государственном уровне для улучшения жизни наших детей. Многие из них приняты как раз под давлением фракции КПРФ в Госдуме.

Но спросите и сегодня любую маму из обычной семьи: от кого ей приходится защищать своих ребятишек? И почти каждая, не задумываясь, ответит: «От государства». «От наркотиков», «От телевидения»...

Вспомним: это ведь правительственная «Единая Россия» продавила в 2006 году ежемесячное детское пособие на ребенка в размере 75 рублей и спихнуло их выплату на плечи нищих регионов. Сегодня оно колеблется по регионам от 150 до 300 рублей.

Что сделал г-н Астахов для его увеличения? Ничего. Даже задачи такой перед собой не ставит.

А как резко выросли в последние годы цены на детские товары и продукты! Стало ли их снижение предметом заботы детского омбудсмена? Не стало.

Оправдывая непомерно высокие затраты на сочинскую Олимпиаду, власти все уши прожужжали нам о том, что она приведет к росту детско-юношеского спорта. Пустая говорильня. Не приведет. Потому что все спортивные кружки и секции для детей — платные. Хоть в бассейн, хоть на каток, хоть на футбольное поле. И цены там — космические, для обычной семьи недоступные. Стала ли борьба за снижение этих заоблачных цен в детские кружки и секции приоритетом г-на Астахова? Не стала.

Стоп платной медицине!

Думаю, многое бы простили ему мамы и папы, если бы он объявил настоящий «крестовый поход» против платного лечения онкологических больных малышей — этого позора олигархической России. В Конституции страны продекларирована бесплатность любой медицинской помощи и образования. А на деле? На деле идет их чудовищная коммерциализация.

Десятки и сотни интернет-сайтов и страниц газет заполнены слезными мольбами убитых горем семей помочь им собрать нужную сумму для операции за границей своему больному раком ребенку. Вот уже и государственный Первый телеканал не стесняется оглашать такие мольбы о помощи. Разве это не срам для страны, которая проводит многомиллиардные увеселительные игрища и собирается организовать у себя чемпионат мира по футболу?

Конституционный суд во главе с В.Зорькиным давно закрыл глаза на рост платной медицины. Закрыл на нее и омбудсмен Павел Алексеевич. И хорошо закрыл. Наши СМИ не раз писали о том, что личного приема у него нет. А обращения на его сайт автоматически пересылаются в регионы. Почему человек стучится в Москву? Да потому что не нашел помощи и защиты на месте.

Стоит ли после всего этого удивляться, что у нас каждый год на 300 тысяч ребятишек становится меньше? Если при советской власти их пищало, кричало и пело песни 40 миллионов, то сейчас — меньше 25. При этом несколько миллионов — беспризорники, о которых в последние годы вообще перестали говорить. Почему? Если накануне 1-го сентября Геннадий Зюганов не напомнит, что у нас не учатся два миллиона бездомных «гаврошей», то о них вообще никто не вспомнит.

Особая боль — дети-сироты. Каждый год, несмотря на помпезно проводимые «год ребенка», «год семьи», их появляется более 100 тысяч. Это в основном социальные сироты — то есть сироты при живых родителях. Цифра, думаю, просто безумная для любой европейской страны и США.

В чем причина социального сиротства? Когда будет остановлен этот конвейер? Четкого и ясного ответа вам никто не даст. Исследований на эту тему никто не проводит, и задачу его искоренения никто не ставит. И помогать детдомовцам при выходе их из приютов государство не спешит. При всех наших «днях защиты».

Вот почему из памяти не выходит майская встреча Дмитрия Медведева в бытность президентом с выпускниками детдомов, привезенных к нему со всей страны. Расположились за столиками попить чайку в Тайнинском саду Кремля.

И вот выпускница тамбовского детдома спрашивает главу государства:

— По окончании учёбы ребёнок выпускается из детского дома. Законодательством предусматривается, что ему положено жильё либо социальная выплата. А если этого не происходит, то ребенку просто жить негде. Что в этой ситуации делать?

Напрасно вы думаете, что Дмитрий Анатольевич взвился, встал на дыбы и попросил конкретные адреса, где нарушаются законы о праве выходящих из детдомов сирот на отдельное жилье. Ведь многие оказываются попросту  выброшенными на улицу. Вы вообще-то задумывались хоть однажды, как складывается судьба бывших детдомовцев?

Россия сиротская…

 А так: около 80 тысяч годами стоят в очереди на «получение жилья вне очереди». И хоть положено по закону — не дают. Еще неюбилейная статистика. 30% выпускников детдомов теряют полученное жилье и работу в первые три года самостоятельной жизни. 10% кончают жизнь самоубийством, 30 % идут в преступный мир, который принимают их с распростертыми объятиями. Девочки — на панель, мальчики — заниматься кражами и разбоем. И вот печальный итог: через 10 лет практически никто из бывших детдомовцев не становится полноправным членом общества. Вот что такое в России социальное сиротство. Знает об этой цифири г-н Медведев? Наверняка.

Но посмотрите, что он ответил девочке, а через нее — всему, как говорится, детдомовскому сообществу страны:

— Я неоднократно разговаривал на эту тему с губернаторами, с руководителями территорий... На самом деле, если эти обязанности не выполнены, надо идти добиваться правды. Надо идти в суд, надо обращаться за защитой своих прав. Другого варианта нет.

Вы представляете? Советовать только что вступающему во взрослую жизнь пареньку или девчонке найти адвоката и начать судиться с государственной машиной? Это ж каким далеким от жизни человеком надо быть!? Вы — дети идите в наш самый гуманный суд в мире, который всегда под пятой губернатора. А мы — государство, президент, премьер, министры, Уполномоченный по правам ребенка, Конституционный суд, генпрокуратура будем со стороны наблюдать, что у вас из этого выйдет…

Теперь вы, наверное, уже сами догадались, что и эту социальную язву обходит своим вниманием блистательный телешоумен Астахов в шикарном костюме детского омбудсмена.

Вы знаете, я уже перестала смотреть традиционные встречи президента или премьера со школьниками или многодетными матерями. Эти пафосные чаепития приурочиваются то к 8 Марта, то к 1 июня, то к выпускным балам школьников. При всем внешнем разнообразии они сводятся к одному: гости просят державных особ, допустим, повысить ежемесячное детское пособие, которое составляет 3-4% прожиточного минимума ребенка. А в ответ — вздохи…

Обещания слышат они и в ответ на просьбы направлять свой т.н. материнский (семейный) капитал на лечение детей сразу после рождения. Ведь у нас только 20% рожениц полностью здоровы, а до 70-80% младенцев рождаются с всевозможными патологиями. Но по закону не положено.

Почему этот капитал можно перечислять на образование, на ипотеку, в накопительную часть пенсии отдать (с концами) — милости просим? А почему на лечение больного дитятки нельзя?

Ни одна мать страны еще не получила ответ на этот вопрос. Хотя я объяснила причину еще в те времена, когда его проталкивал строймонтажник М.Зурабов, волею судеб оказавшийся в кресле главного врача страны. «Материнский капитал», — утверждала я, — это не средство повышения рождаемости или помощи семье. Это, прежде всего, всероссийская афера (как ЕГЭ), направленная на его прокрутку в Пенсионном фонде и обогащение причастных к нему лиц». За прошедшие семь с лишним лет после его внедрения никто меня не убедил в обратном.

Спустя 13 лет после своего первого, «демографического», послания Федеральному Собранию президент В.Путин объявил трехдетную семью приоритетом России. Только она сможет вытащить страну из демографической ямы. Золотые слова!

Это как раз то, о чем мы говорим постоянно. Но под это целеполагание нужен настоящий переворот во всей демографической политике государства, в поддержке семьи, материнства и детства. И в первую очередь — зримая, ощутимая, весомая поддержка многодетных родителей не на словах, а на деле. На что вряд ли способны богатеи из «Единой России». Им просто неведомо, что у нас третий ребенок автоматически переводит семью в разряд остронуждающейся и бедствующей.

Считаю, мы сделали исключительно благое дело, которое так взбесило правых либералов на «Эхе Москвы», — приняли «закон Димы Яковлева». Он, в частности, запрещает международное усыновление в США и страны, где узаконены однополые браки.

Но сколько при этом было произнесено высокопарных обещаний всемерно поощрять внутрироссийское усыновление! Сколько ораторов призывали поддержать матерей и отцов, которые в наших непростых условиях берут на воспитание детдомовца. Говорилось о том, что им нужно выплачивать примерно такие же суммы, которые государство тратит на содержание в приюте одного сироты.

Но все оказалось блефом и, как не раз бывало, кончилось пшиком. Дополнительная материальная «поддержка» внутрироссийского усыновления оказалась такой мизерной и ничтожной, что о ней просто стыдно говорить…

Нет, Владимир Владимирович, с такими министрами и исполнителями Ваших указаний Россия никогда не станет трехдетной…

Нина ОСТАНИНА,

депутат II-V созывов Госдумы,

 сопредседатель ВЖС «Надежда России»

НЕПРАЗДНИЧНЫЕ РЕКОРДЫ…

  •  Каждый год в России появляется более 100 тысяч новых детей-сирот, которые направляются на воспитание в детские дома.
  •  Наша страна ежегодно занимает 1-е место в Европе по количеству подростковых суицидов. Причины неизвестны
  •  Каждые полчаса в России пропадает ребенок, в сутки 48 детей.
  •  Ежегодно в розыске находится около 55 тысяч ребятишек.
  •  Ежегодно примерно 5 тысяч подростков становятся жертвами преступлений сексуального характера (изнасилований).
  •  В год свыше 2,5 млн. детей до 14 лет избиваются своими родителями.
 
Присоединяйтесь! Ещё больше новостей в наших группах ВКонтакте и Одноклассники
 

Оставьте свой отзыв, пожелание или Задайте нам вопрос!