90 лет жизни, 70 лет ‒ в партии



В мае исполняется 68 лет со Дня Победы советского народа в Великой Отечественной войне над фашистской Германией. Готовится отметить этот самый народный праздник и почётный житель Благовещенска Изосим Черных. Накануне праздника с ветераном и коммунистом встретился наш корреспондент.

Его заметили

– Трудное детство было у меня. Постоянно хотелось есть. Худющий я был, силёнки мало, – вспоминает Изосим Яковлевич Черных. В прошлом году ему исполнилось девяносто, но он полон желания встретить столетие. Мы ведём беседу, сидя в квартире долгожителя, а на краю дивана – замечаю – лежит эспандер. Дети Черных, сын и дочь, давно отделились от родителей, после смерти жены он живёт совсем один; стало быть, спортивный снаряд для развития мышц рук, груди и спины принадлежит только ему. Беру аппарат в ладонь, сжимаю-разжимаю, что требует немалых усилий. Подаю эспандер Изосиму Яковлевичу с вопросом: «Пользуетесь?» Он молча пускает в действие этот нехитрый агрегат, причём с той же скоростью, что и я; но разница-то между нами в тридцать с лишним лет!

Довольный хозяин вытаскивает из-под дивана маленькие чёрные гантели.

– Эти малютки всего лишь по килограмму, – чуть конфузясь, говорит он. – А у меня были 4-х килограммовые, я очень любил с ними заниматься, но внук Илья попросил отдать их ему: желает мышцы нарастить… Спорт я, знаете ли, уважаю! Ещё совсем недавно вместе с товарищами каждое утро бегал купаться в Амур. Только ледоход пройдёт, мы – в воду. И так до начала зимы...

За спиной у старейшего коммуниста шкаф, полный книг, а на одной из полок — цветной портрет И.В. Сталина.

– Чтобы не говорили сейчас про этого человека, – говорит Изосим Яковлевич, замечая мой устремлённый на полку взор, – он всё равно вызывает у меня беспредельное уважение. Какая страна досталась Сталину? Безграмотная, нищая, разворованная дворянами да помещиками, с такими вот бедными и чахлыми мальчишками, как я. А он поднял Россию-матушку с колен! Дал нам, мальчишкам с глухих забитых деревень, возможность учиться и работать. Ведь какую страшную фашистскую гидру мы смогли победить! А у сегодняшних правителей ни стыда, ни совести. Досталась им страна богатая, с развитой тяжёлой промышленностью, богатствами недр, космической техникой, совершенными самолётами. И что? Растащили Россию на части, распродают за бесценок всё, что ещё осталось от предыдущей распродажи, убили сельское хозяйство и уверяют нас, простой народ, что всё идёт правильно, что всё у нас хорошо.

Это – полное враньё! Хорошо и правильно было тогда, в моём далёком детстве, хоть и  голодном, но всё-таки счастливом.

Родился Изосим Яковлевич в селе Песчано-Колядино Долматовского района Курганской области. Из раннего детства он помнит яблони и вишни в белёсом цвету, а также  большое глубокое озеро, расположенное недалеко от дома. Ходить и плавать в сущности научился одновременно. Из приятных воспоминаний – походы с родителями по грибы, ягоды, орехи, а с  мальчишками – в ночное. Дома держали две коровы, лошадь. Огород был не малый. Родители весь день трудились в колхозе, а вечером – дома. Ребятишки постоянно помогали по хозяйству. Трудно было, но не голодали, не бедствовали. Однако, отец Яков Семёнович (и тут заканчиваются приятные воспоминания  Черных) совсем ещё не старый человек, заболел и быстро умер, а вскоре скончалась и мать, Варвара Николаевна. Не совсем, правда, осиротел мальчишка, осталось у него две сестры: Мария – 1908 года рождения и Марфа – 1913-го. Взяла его к себе жить Мария, хотя у неё уже были две дочери. Муж  её – ветеринар, в деревне считался интеллигентом, читал разные учёные книги. Мальчишка тоже приспособился к чтению. Учился  неплохо, к знаниям стремился. После 7 класса поступил в Копейский горный техникум. Сестра подкармливала: то картошки передаст с оказией, то – сала шмат. Но этого было мало. Изосим постоянно чувствовал голод. От недоедания часто кружилась голова. После первого курса учиться дальше не стал. Вернулся домой и устроился секретарём в сельсовет. Почерк не слишком красивый, но достаточно разборчивый. Вскоре юношу назначили председателем первичной сельской организации ОСОВИАХИМа.

– Я там проявил сильную активность, – вспоминает Черных. – Вот и заметили меня, стали продвигать по комсомольской линии. Ещё в техникуме, в 1938 году, вступил в комсомол. А на одном из пленумов Уксянского райкома комсомола был выбран членом президиума, заведующим отдела учёта. Впоследствии, стал вторым секретарём райкома.

Он и здесь нужен!

Теперь Изосим, наконец-то, не «висел на шее» у старшей сестры Марии. Райцентр – посёлок Уксянка находился в 12 километрах от родной деревни.  Нашлись там дальние родственники, приютили у себя. Спал на полатях на тюфяке, набитом сеном. Родичам сильно не мешал. Питался в доме только утром. Днём – на работе, а вечером проводил мероприятия по комсомольской линии: подготавливал лекции и собрания, кино и танцы для молодёжи.

В октябре 1940 года стал кандидатом в члены ВКП(б).

– 22 июня 1941 года помню, как сейчас! – говорит Черных. – В этот воскресный день погода выдалась отличная. Мы, молодёжь, до вечера купались в озере. А домой пришли и узнали: «Германия напала на Советский Союз».

Мы тут же сговорились и всем нашим комсомольским активом, в количестве десяти ребят, в понедельник, 23 июня, решительным шагом пришли в военкомат с требованием послать нас на фронт. Но вернулись домой, как говорится, ни с чем. «Будет ваше время – призовём!» – успокоил военком.

Это время пришло 24 июля 1941 года. Но направлен я был не на запад, а на восток, в город Воткинск Удмуртской АССР, куда было эвакуировано Ленинградское 3-е пехотное училище. Нам, 18-летним юношам, не нюхавшим пороха, разъяснили, что обучение здесь проводится ускоренными темпами. Через полгода нас отвезут на передовую, в дым и пламень боёв.

Это меня вполне устраивало, я с утроенной силой бросился грызть гранит науки.

– Понимали, что неуча на фронт не пошлют, определят куда-нибудь в обоз?

– Именно так. Мы все рвались тогда защищать Родину непосредственно с оружием в руках. Понятие Родины было священным!

Поскольку я был кандидатом в ВКП(б) – меня избрали в бюро комсомола училища. Вероятно, из-за того, что по всем дисциплинам имел только отличные оценки, меня снова заметили, и я получил звание сержанта. Два кубика в петлицах – представляете!

– Вам бы сфотографироваться тогда да в родное село снимок отослать! Жаль, родители не дожили, но хоть сёстры полюбовались бы!

– Наверное. Но не думал тогда об этом...

Однажды на тактических учениях курсанты отрабатывали методы ведения боя в окопах. За штыковой бой (конечно, ненастоящий) Изосим получил благодарность от начальника училища генерала Никитина. После сдачи госэкзаменов, за которые Черных опять поставили только пятёрки, ему присвоили звание лейтенанта.

– На экзамене по тактике генералу очень понравился мой ответ, – вспоминает Черных. – И я, не теряя времени, тут же сказал ему: «Прошу отправить  на фронт». На что комбат и замполит одновременно замахали руками: «Нет, ты и здесь нужен!».

Но потом, по-видимому, ситуация изменилась, и я вместе со всем нашим курсом был определён в действующую армию. Перед посадкой в эшелон выстроили нас на плацу. Однако генерал, увидев меня, спрашивает комбата: «Лейтенанта Черных разве не оставили здесь?» Комбат, глазом не моргнув, отвечает: «Так точно, оставили».

Вот это поворот! Но деваться некуда. Ребята уехали сражаться с проклятым фашистом, а мне пришлось остаться с новым пополнением, заняться их боевой подготовкой. Учил их, как быстро окопы рыть да в штыковую атаку ходить... Через каждые полгода повторял попытку уйти на фронт, но всякий раз начальник училища обрывал меня на полуслове, а однажды закричал: «Ты, я вижу, думаешь, что ты здесь не нужен? Но, если мы все пойдём воевать – кто будет мальчишек уму-разуму учить, защитников Родины готовить? Об этом ты подумал?». Через полтора года я стал преподавателем по тактике ведения боя. После Победы подсчитал: подготовил за годы войны  более 160 офицеров.

– Родина решила, что мой вклад в дело Победы немалый, – говорит Изосим Яковлевич. – Хотя я впрямую не принимал участие в боевых действиях Великой Отечественной войны, но считаюсь ветераном военной службы. Награждён орденом Красной звезды, орденом «Знак почёта», медалью за боевые заслуги и тремя десятками юбилейных медалей Министерства обороны и других ведомств.

«Третьяк меня узнал»

– Вам приходилось потом встречать кого-нибудь из своих воспитанников? – интересуюсь я.

– Не довелось… В 1942 году в октябре был принят в ВКП(б). Во время службы был членом парткомиссии. Приходилось разбирать множество персональных дел. Как правило, это было связано с пьянством и семейными скандалами.

После окончания войны старший лейтенант Черных отправился в … вечернюю школу среднее образование получать, а в 1949 году поступил на очное отделение в Военную Академию тыла и снабжения Советской Армии им. В. Молотова. Она находилась в городе Калинине. Перебрался туда старлей  с молодой женой Надей и сыном Игорьком. С супругой он познакомился ещё в Воткинске на танцах в гарнизонном клубе. Не зря ведь имел с комсомольских времён опыт по организации танцевальных вечеринок!

В 1953 году получил в Калинине диплом о высшем образовании и написал заявление с просьбой перевести его на Дальний Восток. Просьбу его уважили, и попал он в 24-ю пулемётно-артиллерийскую дивизию, что располагалась в п. Зайсановке Краскинскокого района Приморского края.

В 1959 году был переведён в Благовещенск-на-Амуре в Дальневосточное высшее общевойсковое командное училище им. Маршала Советского Союза К.К. Рокоссовского заместителем начальника училища по материально-технической части, а позже в Возжаевке – заместителем командира дивизии по тылу.

– В то время темпы военного строительства были просто колоссальные! – Восхищается Черных. – Воздвигали целые городки, а в них было всё: казармы, стрельбища, Дома культуры и т.д. Тогдашнее вооружение Приамурья – высший класс! Те, кому Советский Союз был не по нутру, боялись нас и уважали. Базировались тут лётчики и танкисты, мотострелковый полк и ракетчики. А что сейчас? Военные городки разрушены, танковое училище разогнано, самолёты летают ещё советского производства, да и самих лётчиков осталось – кот наплакал.

– Сегодня престижны не лётчики, а налётчики, – говорю я. – Герой нашего времени – не созидатель, а разрушитель, грабитель, вор…

– Верно. В 2006 году я был делегатом съезда Российской организации ветеранов войны и военной службы в Москве. Неделю проходило мероприятие. Там я встретил бывшего командира дивизии и командующего Дальневосточным округом, Героя Советского Союза, генерала армии Ивана Моисеевича Третьяка. Подошёл к нему, представился. Он узнал меня, пожал руку. Разговорились. Я сказал ему, что делается у нас, в бывшем когда-то его хозяйстве. Он в ответ только тяжело вздохнул…

Более тридцати лет, как Изосим Яковлевич вышел на пенсию, но на лавочке во дворе своего дома не сидит с другими пенсионерами и не обсуждает нравы современной молодёжи. Он идёт к подросткам в школы-лицеи и в техникумы-колледжи (в 48 учебных заведений Благовещенска), чтобы вместе со своими коллегами из городского Совета ветеранов в рамках военно-патриотического воспитания проводить уроки мужества. Сам написал и выпустил брошюру «Растить достойное пополнение для Вооружённых сил Российской Федерации».

С 2011 года И.Я. Черных – почётный житель города.

– Полвека в КПСС и двадцать лет в КПРФ, – говорит он, – в итоге 70 лет, как я с партией заодно. Не отказывался от партбилета, как предатели Горбачёв и Ельцин, не клеветал на социализм, как перевёртыши – Егор Гайдар со Сванидзе и Познером. Я знаю, что лучше политического строя для России нет, и не будет! С этой идей умру, но пока силы есть, буду бороться за её осуществление на моей многострадальной, но прекрасной земле.

Беседу вёл Александр БОБОШКО